Почему так долго длится дискуссия, как использовать нефтепровод Одесса-Броды?

Дискуссия «реверс-аверс» абсолютно бессмысленна с экономической точки зрения и была искусственно навязана Украине в 2003 году. Она длится пять лет.

Независимые компании делали первые оценки аверсного использования нефтепровода еще в 2004 году. Тогда было показано, что аверсное использование экономически выгодно. Потом это было подтверждено в работе, которую выполнил Международный инжиниринговый консорциум (в составе трех международных компаний: шведско-финской, немецкой, греческой). На грант Европейской комиссии в 2006 году был разработан бизнес-план использования нефтепровода. И это бизнес-планирование в очередной раз подтвердило, что это экономически выгодно, рентабельно и целесообразно. И даже сейчас делается очередное исследование американской компании “Гранхерн”, предварительные результаты которого были обнародованы в ходе состоявшегося в Киеве весеннего энергетического саммита. Они ясно показывают: использование нефтепровода — рентабельно и прибыльно. И не надо быть ведущим экономистом, чтобы понять: если этот проект был показан как экономически привлекательный, даже когда цена на нефть была двадцать с чем-то долларов за баррель, то в условиях высоких цен на нефть (сто тридцать долларов за баррель) экономическая рентабельность этого проекта только повышается. Все так называемые дискуссии и аргументы, мол, аверсное использование нефтепровода экономически невыгодно, лишены малейшего смысла.

Россияне говорят, что нам нечего будет прокачивать через этот нефтепровод. Даже шутили, что мы будем получать через него грузинское вино…

Потому что, когда они настаивают на идее реверса, то преследуют лишь одну цель: заблокировать прямое использование. Что и было сделано в 2004 году. Уже в 2003-м существовала предстартовая готовность для запуска нефтепровода Одесса-Броды в аверсном режиме, но тогда была реализована идея запустить нефтепровод в реверсном режиме с российской нефтью. Потому сегодняшний Указ Президента — корректный и правильный. И сам проект был разработан и реализован для того, чтобы Украина получила техническую возможность получения нефти из альтернативных источников и чтобы увеличить транзитный потенциал Украины.

Где мы будем брать нефть для этого нефтепровода, если мы запускаем его в аверсе?

Нефть уже можно было, начиная с 2003 года, брать из Каспийского региона в бассейне Черного моря, куда она выходит на черноморские терминалы, начиная с терминала Каспийского трубопроводного консорциума в Новороссийске и заканчивая грузинскими портами Супса, Батуми, Кулеви.

А нынешняя добыча Азербайджана и Казахстана дала бы наполнение для этой трубы?

Добыча делается не для труб. Трубы служат для того, чтобы удовлетворять интересы потребителей на одном конце трубы и поставщиков на другом. И в чем интересный момент. Украинская труба позволяет оптимально совместить интересы поставщиков, производителей в Каспийском регионе с потребителями этой нефти в Украине и Центральной Европе. Сейчас удовлетворение этих потребностей происходит путем транспортировки нефти танкерами через Черное море, Босфор и Средиземное море. Реальные потребители каспийской нефти (чешский перерабатывающий завод) получает нефть из Азербайджана комбинированным маршрутом, трубопроводом от Баку в Супсу в Грузии, дальше танкером из Супсы через Босфор в Средиземное море в итальянский город Триест, потом на терминале в Триесте осуществляется перевалка с танкера в Трансальпийский трубопровод, и через территорию Италии, Австрии и Германии она приходит в Чехию. Сложный маршрут. Если бы были задействован нефтепровод Одесса-Броды, то маршрут был бы значительно проще и экономически эффективнее. Это маршрут из Баку до Супсы, потом танкером от Супсы в порт Южный в Украине, и дальше Одесса-Броды – до южного участка трубопровода Дружба вплоть до Чехии.

А почему правительство против такого проекта?

Я бы так не формулировал. Правительство не запретило аверсное использования. Правительство не санкционировало подписание проекта соглашения с оффшорной компанией с одной стороны и государственной компанией с другой стороны об аверсном использования. Это – разные вещи. А вокруг этого и ведется спекуляция. Хотя я не считаю, что обращение в Конституционный Суд логично. Это и так выводит проблемный для Украины проект, вокруг которого много политических спекуляций, на новый виток манипуляций. Это повышает риски вокруг проекта и в конечном итоге влияет на отношение партнеров — как поставщиков так и потребителей.

Объясните логику действий правительства…

Я понимаю логику правительства так. Кабмин считает, что предложенный проект не удовлетворяет нормам прозрачности, не отвечает государственным интересам, и если он будет подписан, то сможет послужить своеобразной лазейкой для того, чтобы государственные нефтетранспортные мощности (по этому трубопроводу и по Дружбе) оказались под частным контролем непонятной оффшорной компании. Тут логика правительства абсолютно железна. Возникает вопрос, поочему именно эта офшорная компания, кто за ней стоит, какой у нее уставный капитал? Ведь речь идет о том, что эта компания будет осуществлять закупки нефти на миллиарды гривен. А оффшорные компании  — это компании с уставным капиталом десятки тысяч долларов. Есть ли у оффшорной компании контракты, способные обеспечить соответствующий нефтяной ресурс? Не мыльный ли это пузырь? Другое дело, что решать такие спорные вопросы — это не прерогатива Конституционного Суда. Эти вопросы могут и должны решаться иначе, не путем публичного скандала. Это не принесет авторитета ни правительству, ни Секретариату, а главное, это во вред проекту, потому что отталкивает от него партнеров.

То есть ссора власть предержащих разгорелась за то, кто будет пользоваться нефтепроводом?..

А эта возня вокруг проекта как раз и говорит, что этот проект очень привлекателен, раз за него идет подковерная борьба. Если бы проект ничего не стоил, то о нем забыли б и не вспоминали. Этот проект привлекателен, что и доказывает серьезная борьба.

Почему так внезапно возникла тема аверса?

Соответствующий указ Президента об ускорении аверсного использования появился, потому что в мае этого года российское правительство приняло решение о строительстве Балтийской трубопроводной системы два (БТС 2). Специфика этого российского нефтепровода, строительство которого должно начаться осенью, такова, что после его завершения нефтепровод Дружба (через который много десятилетий поставляется нефть в Центральную Европу) может быть выключен. Россия, следуя своей стратегии, постарается завязать транзит на собственные территории, то есть не платить другим странам за транзит по их территориям. Это будет касаться и Беларуси, и Украины, и Словакии, и Польши. При этих обстоятельствах мы в 2011 году, когда будет построена эта БТС 2, получим проблему. Россия может и не перекрыть полностью поставки нефти, но нам тоже надо задуматься. В этих обстоятельствах упомянутый нефтепровод — единственный вариант технической возможности для Украины и не только для нее, — для Венгрии, Словакии и Беларуси получить нефть из альтернативных источников. Поэтому через Одесу-Броды, используя Дружбу, можно поставлять ресурсы в Чехию, Словакию и Польшу, и в первую очередь в Украину, на два наших НПЗ.

Наши партнеры еще в 2003 году просили использовать нефтепровод в аверсном режиме…

Тогда премьер Янукович принял решение о реверсе…

Если быть точным, он тогда за очень короткое время принял решение сначала об аверсе, потом о реверсе. Это очень озадачило партнеров.

Напомните, как это было…

В начале февраля 2004 года на заседании правительства Януковича единогласно принимается решение об аверсном использовании нефтепровода, а в начале июля принимается противоположное решение. В 2004 году россияне взялись лоббировать реверс. Российской стороне удалось уговорить бывшего Президента, что реверсное использование будет эффективнее, что они загрузят трубу на 9 миллионов тонн, в то время как в аверсном режиме такой загрузки на первом этапе быть не могло. Поэтому внешне это решение выглядело так: где больше нефти предлагают, то направление и используем. Раз 9 миллионов предлагают, то запускаем реверс. Янукович выполнил указание бывшего Президента. Это если опустить все подробности (хотя подробности подтверждают, что это была нечистая сделка). А по аверсу выходило на 5 миллионов тонн меньше. Хотя нефтепровод был готов к аверсу: в июле уже существовали договоренности из Казмунайгаз и Балтик петролеум о предоставлении технологической нефти бесплатно. Но, в итоге, Президент согласился на реверс и дал поручение премьеру обеспечить соответствующее решение. Приближались президентские выборы и проект стал политическим заложником, поскольку партия Януковича решила не дразнить Россию, а получить более серьезную поддержку. Но то, что это был обман чистой воды, показал первый полный квартал функционирования реверса. Реверс был запущен 29 сентября 2004 года, за четвертый квартал прокачали один миллион тонн нефти, значит за четыре квартала это были бы четыре миллиона, а никаких не девять. И в 2005-2006 году объемы прокачки составляли несколько миллионов тонн, четыре – под пять. Только в 2007 году было прокачано 9 миллионов, и это только потому, что Укртранснефть вынудили вдвое снизить тариф, что само по себе прецедент в европейской практике. Объем прокачки увеличился по вдвое сниженному тарифу. В сущности за те же деньги, но вдвое больше работы.

Россия – молодец, она и поставщик, и сама себе транзитер вскоре…

Россия хочет освободиться от зависимости от транзитных стран. В отношении Украины она уже кое-что сделала. Реализовала проект Суходольная – Родионовская, и лишила нас двадцати с лишним миллионов тонн транзита, хотя договоренности предусматривали совсем другой алгоритм. Это их право – делать подобные проекты, а наше право – реализовывать альтернативные проекты и быть готовыми к ситуации, когда объемы транспортировки могут быть сокращение. Потому что Россия, помимо диверсификации путей транспортировки нефти, еще успешно стремится увеличить переработку нефти на собственных НПЗ и больше экспортировать готовых нефтепродуктов. И в этих обстоятельствах власти должны не конфликтовать, а думать, как загрузить дополнительными нефтяными потоками существующую нефтетранспортную систему. Будет поздно заниматься этим тогда, когда ударит гром и россияне построят БТС-2, и отрежут или минимизируют снабжение по трубопроводу Дружба. Или когда они расширят Новороссийский нефтеперевалочный узел и снизят объемы транспортировки через Украину. Поэтому мы должны быть готовы к принятию нефти из других источников. Трубопроводы — не водопроводы, открыл кран – потекла вода, это технологические сложные инерционные системы, которые требуют времени на настройку, нужна контрактная работа, чтобы переводить одну систему в другую, нужно время. Поэтому здесь президентский указ не только дает возможность начать подготовку заранее. Даже, когда все в порядке, то переход на аверс может занять минимум полгода, а если пошла такая потасовка с обращением в Конституционный Суд, то это увеличивает проблемы и повышает риски проекта.

УНИАН