Россия и Запад теряют друг друга в который раз. Магнитное притяжение и отвращение между ними продолжается на протяжении многих веков. Действительно, историки насчитали целых 25 таких циклов, начиная с правления царя Ивана III.

В прошлом, однако, резкие антизападные повороты России полностью менялись — обычно из-за простой необходимости — после того, как отношения портились до предела. Но не на этот раз. Напротив, ухудшение отношений в настоящее время приобрело свою собственную динамику.

Для этого есть четыре причины. Во-первых, «поражение» в холодной войне, а вместе с ним и потеря имперского статуса супердержавы, привело к глубокому и пока еще неразрешенному кризису в коллективном сознании политического класса России. Российские руководители продолжают воспринимать Запад в качестве призрачного врага, для противодействия которому воскресили все традиционные мифологии российской внешней политики.

Во-вторых, к концу второго президентского срока Владимира Путина мечты России о модернизации были разрушены. Модернизация, на самом деле, просто оказалась очередным перераспределением собственности в пользу верхушки, особенно тех, кто вышел из Санкт-петербургской мэрии и Федеральной службы безопасности (ФСБ). Изображение Запада в качестве врага стало единственным идеологическим оправданием для путинской модели корпоративного государства.

В-третьих, стремительно растущие цены на нефть заставили обитателей Кремля поверить в то, что они всесильны. Сегодняшняя Россия, которая думает о себе как о «большом энергетическом государстве», смеется над своим предыдущим жалким желанием догнать маленькую Португалию в плане уровня жизни.

И наконец, ряд западных ошибок и неудач, кризис в трансатлантических отношениях, отсутствие руководства и растущая угроза со стороны исламского фундаментализма (как на Ближнем Востоке, так и в Европе) заставили российских лидеров думать, что Запад  — это тонущий корабль, который надо бросать как можно скорее.

В то время, как в этой мысли, к сожалению, есть доля правды, необходимо добавить одну очень важную оговорку: Россия является частью этого корабля. Россия может заигрывать с ХАМАСом, «Хезболлой» и Ираном, она может напоминать арабскому миру о том, что Советский Союз помогал ему в развитии и предлагал ему защиту в Совете Безопасности ООН. Но в глазах исламских экстремистов Россия является частью «сатанинского» Запада — в действительности самой его уязвимой частью. Так что именно Россия со стремительно растущим уровнем рождаемости среди ее граждан-мусульман является наиболее привлекательной для расширения и захвата.

Но самоубийственную конфронтацию России с Западом можно остановить, а ее вековые дебаты между сторонниками Запада и славянофилами отмести раз и навсегда. Однако это будет зависеть от успеха Украины на пути европейского развития, который она выбрала в ходе оранжевой революции 2004-2005 гг.

Украина действительно представляет собой угрозу, но не безопасности России, как утверждают кремлевские пропагандисты. Она является реальной угрозой путинской модели корпоративного авторитарного государства, недружелюбного по отношению к Западу. Для обитателей Кремля это вопрос жизни и смерти: чтобы страны, которые когда-то были частью Советского Союза, но выбрали другую модель развития — Украина является главным примером, — никогда не стали привлекательными для простых русских.

Пример, который подали прибалтийские страны, не очень угрожает Кремлю, потому что их воспринимают чуждыми русской душе. Действительно, в советских фильмах актеров из Прибалтики обычно снимали в ролях нацистских генералов и американских шпионов. Украинцы, наоборот, близки нам своей культурой и менталитетом. Если они сделали другой выбор, почему мы не можем сделать то же самое?

Успех Украины обозначит политическую смерть путинизма, этой убогой философии «капиталистов — кагэбэшников». Если Украина добьется успеха в своем европейском выборе, если она сделает его эффективным, то она сможет разрешить вопрос, который терзал российскую культуру на протяжении многих столетий — Россия или Запад? Так что лучший способ помочь России сейчас состоит в том, чтобы поддержать заявление Украины о том, что она принадлежит к Европе и ее учреждениям. Это повлияет на политический менталитет России больше, чем что-либо другое.

Поскольку, если антизападная паранойя России продолжится, а евразийская фантазия Кремля создать союз с Китаем растянется еще на 10-15 лет, Россия в конечном итоге увидит, как Китай проглотит ее Дальний Восток и Сибирь. Действительно, ослабленная Россия, которая будет наследием Путина, потом также уступит Северный Кавказ и Поволжье их растущему мусульманскому населению.

Тогда у оставшихся российских земель не будет другого выбора, как присоединиться к Украине, которая к тому времени должна стать успешным членом Европейского Союза. После 1000 лет Россия пройдет полный круг, вернувшись к Киевской Руси после блуждания по дорогам монгольских орд, империи, коммунизма и нелепого путинизма.

Таким образом, перед Россией теперь стоит выбор: украинский план A или украинский план Б.

Андрей Пионтковский — политический аналитик

Опубликовано на сайте inosmi.ru: 07 июля 2008, Оригинал публикации: День

Власти.нет